Главная Статьи Биография Фотогалерея
Милосердов
Владимир Васильевич

Доктор экономических наук, профессор, академик РАСХН
Сайты Miloserdov.name

Воспоминания о Горбачеве

          В конце 90-х годов Н.К.Байбаков попросил меня встретиться. Как-то вечером приехал я на квартиру к глубокоуважаемому мною Николаю Константиновичу, который сказал, что пишет книгу «От Сталина до Горбачева». Сталин, мол, назначил наркомом, Горбачев освободил от председателя Госплана СССР. Книга вышла под названием «От Сталина до Ельцина».

          Н.Байбаков попросил, чтобы я рассказал ему о Горбачеве. После продолжительной беседы Николай Константинович поблагодарил за информацию и сказал: «Если Вы не напишите книгу об этом человеке, Вы не выполните свой гражданский долг». Я обещал. Сегодняшняя статья - некоторые фрагменты из будущей книги.         

          В первые годы работы Горбачева в ЦК КПСС коллеги по Политбюро не воспринимали его за серьезного политического деятеля. Особенно плохо к нему относился Кириленко, о чем рассказывал нам (помощникам) сам Горбачев.  На одном из заседаний Политбюро Кириленко оборвал его выступление словами: «Что мы слушаем какую-то ахинею, будет нас учить какой-то молокосос!» После чего Брежнев сказал: «Садись Михаил».

          Казалось, что после смерти Андропова Горбачеву не то, что продвигаться по партийной лестнице, а удержаться на должности третьего секретаря было проблемой. Но судьбе было угодно распорядиться иначе. После смерти Андропова генеральным стал Черненко. Он сказал Горбачеву: «Михаил, занимай мой кабинет». Но, несмотря на то, что Горбачев занял кабинет второго секретаря, по протоколу он не был утвержден вторым, который занимался идеологией и кадрами, а продолжал курировать отдел сельского хозяйства и пищевой промышленности. Помощники после каждого заседания Политбюро смотрели протоколы: не состоялось ли решение?  

Однажды прошел слух, что Манякин (секретарь Омского обкома) рекомендуется на  должность секретаря ЦК КПСС по селу. Хотя  у Горбачева с Манякиным были не очень  хорошие отношения  и инициатива исходила не от него, он всячески поддерживал эту кандидатуру, поскольку это освобождало бы его от курирования отраслевого отдела и тем самым приближало к выполнению функций второго секретаря. Но назначение Манякина не состоялось.

          2 марта у Горбачева день рождения. Помощники поздравили его, пожелали здоровья и продвижения по службе. Через несколько дней пожелание сбылось: Горбачева избрали Генеральным секретарем ЦК КПСС. Как это произошло?

          Задолго до этого события он старался привлечь на свою сторону А.Громыко, спрашивая его: Не надоело ли быть министром иностранных дел? Говорил: «Вы старейший член Политбюро, проводите полжизни в самолетах. Ваше место - Председатель Верховного Совета СССР - второе лицо в стране». И Громыко, как говорят, «клюнул». Недруги Горбачева - Гришин, Тихонов, Соломенцев, Щербицкий, Нуриев считали его в своей «обойме» и не представляли себе, что он может из нее выпасть.

          Горбачев проводил работу не только с членами Политбюро. Я был свидетелем телефонного разговора Горбачева с Е.Чазовым, который звонил из Крыма, куда прилетел в связи с ухудшением здоровья Черненко. Чазов систематически сообщал все изменения о состоянии здоровья Генерального секретаря, за что Горбачев обещал ему должность министра здравоохранения СССР, отмечая, что он в его глазах уже давно заслуживает этой должности.

          Е.Чазов, находившийся при Черненко во время его смерти, сразу же сообщил Горбачеву, который максимально этим воспользовался. Было решено кому сразу сообщить эту информацию, кому повременить. То есть взял на себя функцию главного информатора. Недаром говорят: кто обладает информацией, тот обладает властью. Либо сам, либо от его имени обзванивали членов Политбюро, членов пленума, создавали разные комиссии и т.д.

          И вот началось заседание Политбюро по выбору Генерального секретаря ЦК КПСС. Члены Пленума сидят в зале. Начало заседания затягивается. Как потом стало известно на заседании Политбюро Горбачев занял  председательское кресло и предоставил слово А.Громыко - самому старому члену Политбюро и по возрасту, и по времени пребывания в его составе. Громыко в течение 15 минут говорил о том, что на должность Генерального нужно избрать молодого, энергичного человека. Запад над нами смеется, что страна добилась больших успехов по части организации похорон своих вождей. Он говорил, что на должность Генерального нужно избрать человека, обладающего тремя качествами: имеющего опыт партийной работы на местах,  т.е. работавшего секретарем обкома, крайкома; обладающего экономическими знаниями, чтобы мог разбираться в управлении народным хозяйством страны; специалиста в области международных отношений. Дал подробную характеристику Горбачеву, как обладающему всеми этими качествами.

          Затем слово получили Е.Лигачев, Воротников и другие сторонники Горбачева. Старая гвардия не ожидала такого разворота событий и оказалась в замешательстве. После такой запевки даже М.Соломенцев поддержал кандидатуру Горбачева. Гришин, Романов, Тихонов уже не смели выступить против.

          Так Горбачев стал Генеральным секретарем коммунистической партии великой страны, одной из сверхдержав мира. Вскоре Громыко был избран Председателем Верховного Совета СССР, Чазов министром здравоохранения. Менялись члены и кандидаты в члены Политбюро, секретари обкомов, крайкомов. Чтобы освободить членов Пленума Горбачев прибегал к разного рода хитростям, обещаниям, которые через некоторое время нарушал.

          К моменту прихода к власти Горбачева в стране накопилось немало проблем, которые требовали безотлагательного решения. И многие надеялись, что молодой Генсек займется ими.

          Какие это проблемы?   Первая. Чрезмерная централизация управления, которая снижала роль и ответственность регионов за результаты хозяйственной деятельности, за улучшение условий жизни населения, приводила к плохому использованию, а то и к сокрытию резервов и возможностей экономического роста. Нарушался принцип прямой зависимости средств, направляемых из Центра, от результатов хозяйственной деятельности предприятий и регионов. Местные органы тратили основные силы на то, чтобы больше получить от Центра денежных и материальных средств, не заботясь об отдаче продукцией. Прибалтийские республики просили более настойчиво, чем другие, а потому и больше получали. Такое иждивенчество, с одной стороны, и командование из Центра, с другой, нужно было прекращать.

          Вторая. Розничные цены на основные продукты питания оставались неизменными в течение нескольких десятилетий и были значительно ниже их себестоимости. В то же время цены на товары фондопроизводящих отраслей и услуги сельскому хозяйству  постоянно росли. Государство вынуждено было компенсировать разницу в закупочных и розничных ценах. Заместитель председателя Госкомцен А.Комин писал по этому поводу: «Продавая населению на 120 млрд. руб. продовольственных товаров, мы дотируем их производство и реализацию на сумму 160 млрд. рублей». В 1986 г. общая сумма таких компенсаций только по закупкам молока и скота составила 60,3 млрд. руб.  Дотирование искажало действительную стоимость конечной продукции агропромышленного комплекса. Это приводило к негативным последствиям: использованию в значительных количествах хлеба на корм скоту, не в меру высокому потреблению некоторыми категориями населения молока и мяса, большой дифференциации уровней душевого потребления этих продуктов в разных регионах (29 кг мяса и 186 кг молока в Узбекистане и 93 и 481 кг, соответственно в Эстонии), компенсационные выплаты только по этим продуктам жителю Эстонии были на 450-500 руб. больше, чем жителю Узбекистана.

          Если бы розничные цены на мясо и молоко были приведены в соответствие с их общественно необходимыми затратами (то есть увеличены в 2-2,5 раза), то спрос на них в районах высокого потребления существенно уменьшился бы. При этом были бы упорядочены экономические отношения между отраслями. Существенно увеличилась бы доля АПК в национальном доходе страны, общество получило бы объективную картинку вклада АПК в народное хозяйство. По нашим подсчетам при увеличении суммы розничных цен на 80 млрд. руб., доля АПК в национальном доходе повысилась бы примерно на 8 процентных пункта (с 28% до 36%) при примерно 34% общих капитальных вложений. Это резко повысило бы эффективность отрасли, изменило структуру семейного бюджета, а также направление структурных сдвигов в народном хозяйстве.

          Государственное субсидирование значительной части затрат по продовольственному обеспечению населения привело к тому, что руководители регионов старались сокращать поставки продовольствия в общественный фонд, повышая при  этом рост потребления  в своём регионе. Необходимость ценовой реформы была очевидна.

          Третья. Важнейшим показателем оценки хозяйственной деятельности колхозов и совхозов было выполнение плана по поголовью скота на конец года. Порочность такой оценки приводила к тому, что хозяйства вынуждены были сдерживать сдачу скота в самый благоприятный для этого осеннее-зимний период. Скот передерживался, терял в весе, бесполезно расходовались корма, снижалась его отдача. Обеспеченность кормами  составляла 65-70%.  Особенно пагубно это отражалось на работе животноводческих комплексов, где нарушение ритмичности реализации скота приводило к  резкому снижению эффективности производства. Страна недополучала большое количество животноводческой продукции, резкие сезонные колебания поставок скота и птицы затрудняли работу мясокомбинатов. Из-за экстенсивного пути развития сельское хозяйство топталось на месте, его эффективность снижалась, надои на корову оставались на уровне 2-2,2 тыс. кг молока. 

     Диспропорции  в развитии АПК. Недостаток мощностей по хранению и переработке сельскохозяйственной продукции приводил к огромным потерям ее. По производству продукции на душу населения  СССР обгонял многие  западные страны, а по душевому потреблению продуктов питания мы существенно отставали от них. Например, страна производила на душу населения на 30% молока больше, чем США, а потребляла молочной продукции почти на столько же меньше. Обрат, патока и другие практически не использовались.

    Много проблем было и в других отраслях народного хозяйства, в целом сдерживающих эффективное развитие экономики страны. Необходимость проведения экономических реформ была очевидна, породившие ее проблемы широко обсуждались в  средствах массовой информации, на  научных конференциях, в правительственных кабинетах. Большую работу в этом отношении проводил председатель Совета Министров СССР А.Н.Косыгин. Кстати, Ден Сяопин, архитектор китайской перестройки, сказал: «Если бы Косыгину и его коллегам позволили бы осуществить задуманное, вероятно, мы бы изучали этот опыт, чтобы начать собственные преобразования».

          С особой остротой необходимость проведения экономических реформ была высказана Генеральным секретарем ЦК КПСС Ю.Андроповым в его выступлении в июне 1983 года. На активе, куда были приглашены секретари ЦК союзных республик, крайкомов и обкомов, руководители министерств и ведомств, Ю.Андропов с большой тревогой говорил, что в нашей экономической системе накопилось много парадоксов, снижающих ответственность и инициативу предприятий и организаций. Он просил присутствующих в республиках, краях и областях, министерствах и ведомствах обсудить этот наболевший для всех вопрос, подобрать группы квалифицированных специалистов и ученых и направить их на заводы, сельхозпредприятия, чтобы скрупулезно совместно с рабочими и крестьянами, руководителями предприятий определить, что нужно сделать, чтобы устранить помехи эффективному хозяйствованию. Причем, работу предполагалось проводить в несколько этапов, постепенно передавая на места все больше и больше управленческих функций Центра. Это была, по мысли Андропова, задача многосторонняя и долговременная, и должна была осуществляться на основе широкой согласованной программы  В итоге Андропов сказал, что нужно оставить за Центром лишь формирование основополагающих пропорций, определение правил экономического поведения. Основную часть управленческих функций предполагалось в конечном итоге реализовывать на местах. К сожалению, и на этот раз по ряду известных всем обстоятельств намеченные решения не были осуществлены.

          Вместо того, чтобы приступить к решению этих и других злободневных проблем, с первых дней пребывания на посту Генсека, Горбачев направил усилия на скороспелые популистские решения: антиалкогольная кампания; непрерывная перестройка системы управления АПК; запредельный импорт зерна и т.д. Еще в бытность секретарем ЦК, курирующим сельское хозяйство, он развернул бурную деятельность по перестройке системы управления агропромышленным комплексом, не давая спокойно работать аграриям: система управления агропромышленным комплексом менялась чуть ли не каждый год.   Горбачев по сравнению с другими членами Политбюро много работал. В ЦК приезжал примерно к 10 часам и раньше 20 часов домой не уезжал. Выполняя работу по заданному  алгоритму, он был исполнителен и активен. Как секретарь ЦК, курирующий сельское хозяйство. Развел бурную деятельность по разработке Продовольственной программы. За время работы секретарем ЦК  по селу неоднократно менял систему управления агропромышленным комплексом в надежде, что какая- нибудь из них окажется  спасительной, обеспечит рост  производства и его эффективность. В 1983 году упраздняют тресты, потом другие звенья управления. Вместо них создаются агропромышленные объединения: на районном уровне - РАПО, на областном - ОблАПО.

        В ноябре 1985 г. ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли решение о создании союзно-республиканского Государственного агропромышленного комитета СССР (Госагропром СССР) на базе союзных министерств сельского хозяйства, мясной и молочной промышленности, пищевой промышленности, сельского строительства и государственного комитета СССР по производственно-техническому обеспечению сельского хозяйства. Аналогичные органы создавались на республиканском, областном краевом и районном уровнях. Агропромышленным комитетам предоставлялись большие права по организации выполнения планов, финансированию и обеспечению материально-техническими ресурсами. На них возлагалась вся ответственность за максимально эффективное использование ресурсов и резервов увеличения производства продуктов питания.   При создании новых органов управления считалось, что их деятельность решит проблему разбалансированности в отраслях АПК. Появилась возможность концентрации ресурсов для развития на селе современной социальной инфраструктуры.

          В 80-е годы агропромышленным производством последовательно управляли министерства и ведомства, Комиссия Совета министров, Госагропром СССР, снова Комиссия. Такой реорганизационный зуд в крупнейшем народнохозяйственном комплексе  страны не мог не сказаться отрицательно не только на эффективность его работы, но и на экономике страны в целом. В.И.Ленин говорил: «У нас ужасно много охотников перестраивать на всяческий лад, и от этих перестроек получается такое бедствие, что я большего бедствия в своей жизни не знал...  Не перестраивать, а наоборот помочь надо исправить те многочисленные недостатки, которые имеются в советском строе и во всей системе управления, чтобы помочь десяткам и миллионам людей» (ПСС т. 44. с. 326-327).

          К сожалению, положение дел в сельском хозяйстве продолжало ухудшаться. Устоявшиеся связи, отраслевые пропорции разрушались, кадры перетасовывались, темпы экономического роста снижались, положение с продовольственным  обеспечением населения не улучшалось. Имидж Генсека начал падать. В поисках решений была поставлена задача в короткий срок существенно увеличить производство продовольствия, повысить душевое потребление. Для этого импорт зерна  возрос с 27,8 млн. т в 1980 г. до 44,2 млн. т в 1985 г. Но для импорта таких объемов страна не располагала соответствующей инфраструктурой. Корабли с прибывающим зерном месяцами простаивали в портах, за что приходилось платить огромные штрафы. Железная дорога не справлялась с перевозкой таких объемов грузов, зерно портилось и значительная часть его не могла быть использована не только на продовольствие, но и на корм скоту. Это зерно перегоняли на спирт. Между тем огромный ввоз в страну зерна взвинтил на него мировые цены. 

 Еще один шаг к « популярности» Горбачева - антиалкогольная компания. Закрывались винодельческие заводы.  Было вырублено 300 тыс. га виноградников. И как следствие - резко возросло самогоноварение,  спиртные напитки стали выдаваться по талонам. Огромные массы взрослого населения стояли за ними в очередях. Сократилось не только производство водки, коньяка, но и сухих вин, шампанского, пива. Оборудование заводов растаскивалось увеличился импорт сахара, на него тоже возросли  мировые цены.

           Во второй половине 80-х годов Горбачев ухватился еще за одну подсказанную ему руководством Россельхозакадемии, новацию - коллективы интенсивного труда (КИТы), семейный подряд, надеясь с их широким внедрением повысить эффективность сельскохозяйственного производства. Но это стало началом разрушения крупных коллективных хозяйств.

          Таким образом, вместо того, чтобы как предлагал Ю.Андропов, выявить и проанализировать все узкие места в механизме хозяйствования, разработать и приступить к реализации широкомасштабной программы, шли непродуманные  не просчитанные решения, которые усугубляли и без того тяжелое  экономическое положение страны. В то же время главный вопрос - создание хозяйственного механизма, способного разбудить экономический интерес и активизировать работу каждого управленческого звена на достижение максимально возможного результата, оставался нерешенным,  экономические отношения между отраслями, уровнями административного и хозяйственного управления не соответствовали задачам и возможностям.

          В разное время возникал вопрос. Была ли концепция перестройки? Ведь, чтобы решиться на такие крутые развороты в государственном устройстве нужны серьезные проработки и анализ последствий, а главное нужно согласие народа. К сожалению, желание побыстрее стать популярным не позволяло заниматься такими «мелочами», как советоваться с народом.

         Однажды зашел ко мне первый секретарь Одесского обкома КПСС тов. Ночевкин . Рассказал, что вчера после Пленума, более десятка секретарей попросились к Горбачеву  на прием. Украинские секретари из Полтавской, Харьковской и Одесской  областей оказались последними. Время уже  было позднее и он пригласил их всех вместе.  Каждый шел со своими проблемами.  Но  вместо того чтобы выслушать их сказал: Вы думаете только о себе. Скажите вот почему я столько делаю для народа, а он продолжает боготворить Андропова? А что он сделал? Секретари сказали, что Андропов серьезно занялся наведением дисциплины и порядка в стране.  На что Горбачев сказал: Да какой там порядок. Отлавливали командировочных по ресторанам и кинотеатрам. Словом, главный протеже оказался и его главным  конкурентом в обеспечении популярности. 

         Перестройка началась без каких - либо научных проработок. Ее концепция  не была опубликована, не обсуждалась, да и не было никакой концепции. Никто не знал с чего надо начинать перестройку. Руководство страны ругало министров, секретарей ЦК обкомов и республик, за то, что они плохо перестраиваются. Ходило много анекдотов. Вроде того: Хрущев встречает на том свете Брежнева и говорит ему: «Ты что там понастроил?» Тот отвечает: «Да вроде ничего особенного». «А что же тогда они перестраивают?».

          Итак, когда и как она возникла? Как уже говорили, вопрос о повышении розничных цен на продовольственные товары ставили перед руководством страны неоднократно.

          С приходом к власти Горбачева появилась надежда, что эта чрезвычайной важности проблема будет наконец-то решена. Госплан, Госкомцен, Минфин, ученые снова поставили его перед руководством страны. Вопрос был рассмотрен и на Политбюро. Предполагалось, что Горбачев, возвращаясь из отпуска в августе 1985 года, остановится в Краснодаре и там озвучит концепцию повышения розничных цен на продовольственные товары.

          Группа работников из сельхозотдела ЦК (в т.ч. ваш покорный слуга) готовили доклад с объяснениемо причин повышения цен и форм компенсации населению этого удорожания. Мы знали, что доклад будет опубликован в  «Правде» и потому ждали ее. Статья вышла дней через пять-шесть. Но, о повышении цен  там не было ни слова, но многократно упоминалось - «перестройка».

          Что же произошло? Оказывается, помощник Горбачева А.Лущиков привез в Крым несколько писем трудящихся с критикой намечаемого повышения цен. Этого было достаточно, чтобы застопорить решение этого вопроса. Экономическая целесообразность, коллективное решение, оказались ничего не значившими. В этом весь Горбачев.

          Молодой Генсек часто ездил по регионам страны, где к нему обращались с многочисленными просьбами. За ними следовали поручения Госплану, Минфину. В план, согласованный со всеми регионами, приходилось вносить коррективы, что утяжеляло возможность невыполнения. Экономическое положение в стране усугублялось тем, что во второй половине 80-х годов произошло резкое - в 2-2,5 раза снижение экспортных цен практически на все основные сырьевые товары. Имидж лидера перестройки стал резко падать. Под воздействием нарастающих трудностей, отворачивалась от него  и интеллигенция. Усилилась словесная шелуха о гласности, плюрализме, демократии, свободе слова. Но такие разговоры не могли заменить конкретных мер по корректировке хозяйственного механизма, переход на новые критерии оценки работы предприятий и организаций.

Перестройка становилась стихийной, неосознанной. Горбачев и его команда не имели четко продуманной программы совершенствования экономических отношений.         Министры не знали, что от них хочет архитектор перестройки. В ее основе оставался пресловутый «вал». Смежники крестьян (мелиораторы, строители , агрохимики , Сельхозтехника) «общипывали» колхозы и совхозы, как могли. Никто из них не был заинтересован в том, чтобы от вложенных ими средств хозяйства получали больше. Эти ведомства, создаваемые для того, чтобы совместно с сельскохозяйственными предприятиями увеличивать и удешевлять производство продуктов питания, повышать их качество, оторвались от хозяйств, замкнулись в ведомственных рамках.

         Чтобы заинтересовать министерства и ведомства в  эффективности оказываемых ими сельскому хозяйству услуг, нужно было менять критерии оценки их работы, предоставлять сельскохозяйственным предприятиям право приемки выполняемых для них работ. Но Горбачев и его окружение об этом не думали.   Правда, в 1988 г. было принято  весьма важное решение - о переходе регионов на самофинансирование и самоуправление. Предполагалось, что каждое предприятие, чтобы успешно решать производственные и социальные задачи.  Должно вести свои расходы по доходам. Для этого намечалось расширять их хозяйственную самостоятельность, укреплять региональный хозрасчет, повышать экономическую ответственность руководителей и специалистов разных уровней. Однако огромные потенциальные возможности, заложенные в совершенствовании межрегиональных экономических отношений, не были изучены, отсутствовали необходимые законодательные акты, что в конечном счете привело к большим негативным последствиям. Центр предлагал самим обеспечивать себя всеми продуктами питания.

        В этих условиях регионы, специализирующиеся, например, на технических культурах, которые полностью поступали в союзный фонд, не хотели ими заниматься, так как они не улучшали собственных потребностей в продовольствии, свертывалась природная специализация. Хорошая идея не была доведена до ума. Перекосы во взаимоотношениях Центра и мест усиливались и привели к тому, что каждый регион стал экономически замыкаться в своих административных границах. Прибалтийские республики резко сократили поставки продуктов животноводства в союзный фонд. Среднеазиатские регионы, не надеясь на получение мяса и молока из общесоюзного фонда, стали расширять их производство, резко сократив посевы хлопка.    Многие регионы уменьшили продажу зерна государству. В 1989 г. при  валовом сборе 211 млн. т, его было закуплено лишь 58 млн. т, тогда как в предыдущие годы при меньшем сборе закупали 73 - 77 млн. т. Самоизоляция регионов вела к разрушению интеграционных связей, организационному развалу единого народнохозяйственного комплекса.

    Нарушение экономических связей между регионами было чревато не только  углублением экономического, но и признаками политического кризиса. Заговорили о том, что межрегиональный товарооборот неэквивалентен, республики начали предъявлять друг другу претензии.   Лидеры некоторых регионов заявляли, что не хотят быть «младшими братьями», стал муссироваться вопрос о том, кто кого кормит, одевает,  обогревает. Упреки, как правило, адресовались Москве, России. В экономических просчетах обвиняли русский народ. Хотя именно Россия больше всех страдала от перекосов в межрегиональных экономических отношениях. Например, при достаточно высоком уровне душевого потребления Литва поставляла в союзный фонд  34-37 процентов производимого ею молока и мяса, но и получала в течение десятилетий в 3,4-3,8 раза больше, чем в среднем по СССР, на гектар сельхозугодий минеральных удобрений и капитальных вложений. Россия поставляла в союзные республики: нефть по 28 руб. за тонну, газ - по 22 руб. за 1000 куб. м. Значительно ниже мировых цен платили республики за российский металл, лес, другие ресурсы. По данным Госкомстата СССР за 1988 год ввоз в РСФСР  в ценах мирового рынка составлял 101,9 млрд. инвалютных рублей, вывоз - 132,7. Соответственно, в Литве - 7,8 и 4,1 млрд. Латвии - 5,0 и 3, 7; Эстонии - 3,2 - 1,9 млрд. рублей.

           Обострились проблемы с размещением заводов по производству минеральных удобрений и гербицидов, строительством атомных станций, других экологически грязных производств. Недовольство регионов друг к другу усиливалось. Национальности заговорили о том, что вместе - тесно. Союз затрещал. Горбачев искал поддержки  за рубежом.

          Один случай.  На лекции о международном положении  выступающий высказал мысль, что вероятнее всего следующим Президентом США  будет Дж. Буш. И  если  Р. Рейган, как  политический деятель, вырублен колуном, то Буш - выточен лобзиком. А потому нашему руководству очень трудно будет вести переговоры с таким политическим ассом.  В этом мы убедились после первых же встреч Горбачева  с Бушем. Такая встреча состоялась в 1989 году на Мальте. Буш поддержал перестройку, пообещал отменить  дискриминационную поправку Джексона - Веника, помочь справиться с внутренней ситуацией.  высказал ряд предложений по проведению реформ в СССР,  

 В феврале 1990 г. прилетел в Москву  госсекретарь США Бейкер. На встрече с Горбачевым обсуждался  вопрос об  бъединении Германии. Бейкер в связи с этим давал  возможность, как минимум, поднять вопрос об оформлении в международно - правовой форме гарантий непродвижения НАТО на Восток. Он и в мыслях не допускал, что Москва согласиться на вхождение Германии в НАТО  без заключения такого соглашения.         Вскоре в Москву приезжает канцлер ФРГ Г.Коль. Западногерманский посол вручил ему сверхсекретную бумагу от Бейкера. Колю и во сне не снилось, что Горбачев может пойти на такое. Буш просил Коля додавить Горбачева в вопросе о вхождении Германии в НАТО. Окончательно же Горбачев сдался в июне 1990 г., когда прилетел в Вашингтон.

          Все это происходило в обход Политбюро. Даже для Совета Безопасности содержание встреч  с Бушем оставалось тайной за семью печатями.  Горбачев без согласия Правительства и Верховного Совета сдавал одну позицию за другой. Он надеялся, что за эти уступки можно будет получить солидную финансовую помощь западных стран и, самое главное, справиться  с внутренней ситуацией, которая становилась неуправляемой. Его дипломатическая беспечность находилась на грани политической беспечности. Если не государственного преступления.  

       Горбачев, получив моральную поддержку со стороны руководителей западных государств, в своих выступлениях стал использовать слова: гласность, демократия, плюрализм. Диссиденты разных мастей - только этого и ждали. Раздрай достиг кульминации. Союз затрещал. Литва первая поставила вопрос о  выходе  из Союза. Туда был брошен «десант» (Горбачев, Маслюков, Медведев),  а также Каримов (нынешний президент Узбекистана), бывший секретарь витебского обкома и ваш покорный слуга Делалась попытка остановить разрушительный процесс. Было немало трудных встреч. Со мной ездил заместитель председателя Госплана Литваы. На встречах мне часто  задавали  вопрос: «Почему Госплан СССР  мало выделяет республике труб из-за чего более 15% населенных поселков республики до сих пор  не газифицированы. Как известно в России до сих пор  около 40%  поселков не газифицировано.

         Словом. Горбачев, как реформатор, не состоялся. Русский историк  С. М. Соловьев, хорошо понимавший роль личности в истории писал: « Преобразования проводятся успешно Петром Великим, но беда, если за них принимаются Людовики 14  и Александры 2. Преобразователь вроде Петра Великого при самом крутом спуске держит лошадей в сильной руке и экипаж безопасен, но преобразователи второго рода пустят лошадей во  всю прыть, и поэтому экипажу предстоит гибель» (С.М. Соловьев, т. 18, с. 655).

         К сожалению, у нас за реформы взялись преобразователи второго рода, к тому же не чистые на руку люди. А потому одна из свердержав мира - Россия  превратилась в третьестепенную страну: коррупция пронизала все сферы жизни, разрыв между богатыми и бедными достиг 16 -ти кратной величины, население вымирает, миллиардеры возникают как грибы после дождя, десятки миллиардов  долларов ежегодно уходят за рубеж, стабилизационный фонд, не работающий на собственную экономику, худеет из-за инфляции на сотни миллиардов в год, разрушаются моральные критерии,  в стране бродят  сотни миллионов беспризорных детей, а правительство, вместо того, чтобы решать проблему бездомных, помогает Африканским странам бороться с бедностью.

         Какую игру ведешь ты, судьба: бездарных делаешь министрами, одаренных заставляешь покидать Родину в поисках хлеба.

 

          В мае 1991 года (тогда я работал экономическим советников Госплана СССР) председатель Госплана. Юрий Дмитриевич Маслюков пригласил своих советников и сказал, что в 16 часов все члены правительства встречаются у Н.Рыжкова, где будет обсуждаться вопрос об отставке правительства и как он выразился надо «не просто уйти, а хлопнуть дверью так, чтобы она слетела с крючьев, вывести Горбачева на чистую воду, рассказать депутатам Верховного Совета СССР как он сдает Западу одну позицию за другой, разваливает страну, экономику, Союз, армию. Поэтому, мол, нужно подготовить обстоятельный доклад для Рыжкова, либо (если Горбачев на заседании Верховного Совета не предоставит ему слово) статью в  «Правду».

          Уезжая в Совмин, Маслюков просил обязательно дождаться его. Вернулся он около 10 часов вечера. С ходу обругал Н.Рыжкова, сказал, что ничего не нужно писать. А затем рассказал, что произошло.    А произошло следующее. В Совмине были оговорены подробности подачи в отставку всего состава правительства, намечен план доклада (статьи). Когда уже собирались разъезжаться, звонит Горбачев  и говорит Рыжкову: «Ну что, заседание Совета Богов закончилось, все вопросы решили?». Рыжков в недоумении, что-то сказал в  ответ. Тогда, говорит Горбачев, - приезжайте ко мне всем составом. Когда собрались у Горбачева, он начал с упреков. Вот, дескать, я создал команду единомышленников, долгое время работали рука об руку, вроде понимали друг друга, а сейчас, в самый  ответственный период перестройки, Вы меня оставляете. С кем же я буду работать? И все в том же духе. Когда кто-то пытался ему возразить, он прерывал и снова о том, что вы уходите потому, что боитесь ответственности. А ведь мы уже сработались. Уговаривал поработать еще, обещал, что  все станет на свое место и т.д. И наконец Рыжков согласился с просьбой Горбачева не подавать в отставку. Об  этом и говорил Маслюков, когда вернулся в Госплан.

          Он говорил: «Уж сколько раз мы убеждались, что Горбачев не держит слово, беспардонно обращается с членами Политбюро, третирует Рыжкова». Горбачев никому не давал дороги, опасался роста популярности кого-либо из его окружения. После поездки Рыжкова в Спитак, в связи с землятрясением стал видеть в нем личного соперника и противника. Этого он не прощал. В конечном итоге он таки в августе освободил его от работы под видом болезни.

           Однажды, как рассказывал Маслюков звонит ему Горбачев и предлагает пост Председателя Правительства. Маслюков отказывается от этой должности. Горбачев ему: «Не набивай себе цену», - и кладет трубку. Через несколько дней - снова звонок  «Ну, ты подготовил тронную речь на Верховном Совете по поводу твоего утверждения Председателем Правительства. Учти, ты идешь без альтернативы». Маслюков ему отвечает, я же Вам сказал, что отказываюсь от этой должностьи. Горбачев в ответ: «Тогда приезжай ко мне».

         Маслюков сказал, что у него есть на то причины. Первая - президент переключил все важнейшие вопросы, которые должны  решаться в правительстве, на себя. Кабинет Министров  по существу должен заниматься лишь текущими вопросами. Аппарат управления Президента и правительства общий, как и все технологические службы. Председатель Правительства в таких условиях не может решать серьезные вопросы. Мальчиком на побегушках он  не хочет быть и не будет. «Маслюков сказал: «Я бы мог Вас убедить и проводить обоснованную экономическую стратегию. Но беда в том, что Вы флюгер и это вторая причина из-за которой я отказываюсь от поста председателя Правительства. У Вас хватает постоянство до прихода следующего сладкоголосого посетителя. А это значит, что Вы будете своим непостоянством лихорадить Совмин. Сегодня делаете одно, завтра другое, а вся ответственность будет лежать на премьере. В таких условиях эффективно работать нельзя».

          И далее, сказал Маслюков, сегодня страна переходит на экономические методы хозяйствования, на рыночные отношения. Премьером должен быть крупный ученый - экономист, а я оборонщик. После этого Горбачев сказал: «Тогда тебе и в Госплане делать нечего». Маслюков на это ответил: «Да я уже распрощался со своими коллегами». Действительно, дня за два до этой встречи с Горбачевым Юрий Дмитриевич собрал  членов Коллегии и попрощался с ними.

          Горбачев, чтобы уязвить Юрия Дмитриевича, сказал ему, чтобы он оставил надежду на приличный пост. Маслюков ответил, что найдет себе работу без его помощи.          Дальше события развивались следующим образом. Горбачев после первой телефонной беседы с Маслюковым  направил в Верховный Совет представление на него в качестве премьера. И его пригласили на заседание, где он передал разговор с Горбачевым, и Верховный Совет предложил ему должность заместителя председателя Правительства по оборонным делам, вместо Силаева, отправленного в отставку, и которого, как известно, потом подобрал господин Ельцин в качестве Премьер-министра России. Премьером был утвержден Павлов.

          Примеров о непостоянстве Горбачева можно приводить много. Но вот еще один из них - предложение о переходе аграрной сферы экономики на интенсивные методы хозяйствования.   В начале 80-х в стране ощущался острый недостаток животноводческих продуктов, что приводило к очередям. Продуктивность скота в течение десятилетий оставалась на уровне 2-2,2 тыс. кг молока от коровы и 340-360 г. привеса крупного рогатого скота. Скот недокармливался, уровень кормления составлял примерно 70% от нормы. Незначительный рост животноводческой продукции осуществлялся за счет наращивания поголовья скота. Причем его рост обгонял рост кормов собственного производства, что приводило к быстрому наращиванию импорта зерна, направляемого на корм скоту.

          И вот тогда, в подготовленном мною докладе Горбачеву было сделано предложение: остановить рост поголовья и повышать уровень кормления, что позволит при тех же ресурсах получать больше продукции причем с меньшими затратами на ее единицу. На основе группировок коров по уровню кормления установлена зависимость: повышение уровня кормления на 1% приводит к росту продуктивности примерно на 2%. Вначале я и сам этому не поверил. Пригласил академика Л.К.Эрнста (вице-президента ВАСХНИЛ). Он это объяснил тем, что при продуктивности коров в 2-2,2 тыс. кг. 56% рациона идет на поддержание жизни животных и только 44% на продукцию. Поэтому повышение уровня кормления резко повышает отдачу корма, ибо прибавка его в основном идет на прирост продукции. В докладе делался вывод о  целесообразности перехода животноводства на интенсивные методы хозяйствования. Однако эта мысль из доклада была вычеркнута. То же повторилось и в следующий раз. Больше я уже не предлагал интенсификацию. Но однажды он меня приглашает по поводу очередного доклада и говорит: «А почему ты не включил интересную мысль об интенсификации?». Я ему сказал: «Да ведь вы ее не воспринимаете». А он мне: «А ты хочешь, чтобы я сразу принимал все то, что ты пре и что теперь он в этом убедился.

          Однажды он попросил подготовить выступление в Совмине по проблеме интенсификации. Был сделан расчет, что если бы в 80-е годы животноводство развивалось  по модели 70-х годов, когда 78% производства животноводческой продукции получали за счет наращивания поголовья скота и только 22% - за счет роста продуктивности, то для обеспечения прироста производства продукции животноводства в объемах, предусмотренных в Продовольственной программе, поголовье скота и птицы потребовалось бы довести до 172 млн. голов в общественном секторе вместо 119 млн., имевшихся в 1980 году. Для содержания 53 млн. приростного поголовья следовало бы построить новых помещений на сумму около 90 млрд. руб., увеличить производство кормов на 145 млн. т.  кормовых единиц, численность работников, непосредственно занятых в животноводстве, - на 1,8 млн. человек.

          Выступление произвело хорошее впечатление на членов Правительства. Вернувшись в ЦК, Горбачев пригласил меня и сказал:  «Хороший доклад мы с тобой подготовили», и предложил продолжать работу в этом  направлении, причем не только  по интенсификации животноводства, но и всего агропромышленного комплекса, с глубоким теоретическим  обоснованием. Спустя некоторое время он выступает  с аналогичным докладом перед секретарями ЦК республик и обкомов по сельскому хозяйству в Академии общественных наук. В Академию с ним поехал заведующий сельскохозяйственным отделом В. Карлов. По возвращении  Горбачев пригласил меня  и не очень приветливо сказал: «Что ты носишься со своей интенсификацией? Разве других проблем нет?  Я понял что крутой разворот во мнении - дело рук Карлова, который сказал: «В. Цибулько - первый секретарь Киевского обкома говорит: « Если бы область не наращивала поголовье коров, то г. Киев остался бы без молока». Горбачев добавляет: «Разве на соломе можно получать  3000 кг. молока от коровы?» Я ему в ответ. Кто говорит о соломе?  В рационе животных она занимает лишь около 15%, а концентраты, зерно - не менее 25%. Кроме того, заготавливается 76 млн. тонн сена, 110-120 млн. тонн силоса, сенажа. Что касается заявления Цибулько, то Киевская область, увеличив за 5 лет поголовье коров на 20%, снизила их продуктивность  почти на 22%, в результате валовой надой молока уменьшился, эффективность молочного скотоводства  снизилась. Наступила тишина. Потом Горбачев уже более спокойно сказал:  «Ну ладно, иди  работай».

          Но коллизии, связанные с интенсификацией. на этом не закончились. В Белгороде проходит совещание по бригадному подряду. Съехались секретари ЦК и обкомов партии по сельскому хозяйству. Горбачев делает доклад. Много выступающих. Вечером состоялся прием. Кто-то из секретарей попросил Горбачева завтра поговорить о текущих  вопросах. Он предложение принял. Около полуночи все стали расходиться. Горбачев приглашает Н. Кручину и меня зайти к нему - писать выступление на завтрашнюю встречу. Дело продвигалось крайне медленно: более чем за час едва закончили третью страницу. Когда  Горбачев на несколько минут отошел, я говорю Кручине: «Не узнаю Михаила Сергеевича, обычно он доверяет мне подготовку куда более серьезных материалов, а тут вопрос-то так себе» и предлагаю разойтись, обещая к утру подготовить выступление. Кручина спрашивает, какие вопросы собираешься затронуть. По его возвращению мы передаем наш разговор и называем вопросы, которые предлагается изложить. Он соглашается, а по поводу интенсификации шутит: «Володя, тебя жена не ревнует к интенсификации?» Словом, утром он при мне  прочитал материал, что-то подчеркнул красным карандашом, что-то синим, одобрил и выступил на совещании.

           Словом, он постоянно менял свое мнение, а потому приходилось не раз убеждать в одном и том же. Вроде - бы соглашался с идеей, но достаточно было кому-либо подвергнуть ее сомнению, и он уже снова сомневался.

         

 


 

 

[1] Я работал помощником Горбачева с сентября 1982 г. по март 1985 г., т.е. в период, когда он был секретарем ЦК КПСС по сельскому хозяйству

Бытовая техника AEG холодильники Разработка сайта