Главная Статьи Биография Фотогалерея
Милосердов
Владимир Васильевич

Доктор экономических наук, профессор, академик РАСХН
Сайты Miloserdov.name

Как дойная корова стала «черной дырой» (Поможет ли Президент России нашему крестьянину?)

 

"Поразительно, как эти "несчастные" крестьяне, служащие дойной коровой для всех дармоедов, служат для них тоже и оправданием совершаемых над ними гадостей под видом служения им".

Л. Толстой

 

НАШЕ КРЕСТЬЯНСТВО уже многие десятилетия является пасынком у государства, униженным и оскорбленным классом. Н. Бухарин как-то сказал, что город всегда был кровососом по отношению к деревне. Власть имущие всегда подходили к крестьянству по известной формуле П. Столыпина: "Народ темен, пользы своей не разумеет, а потому следует улучшать его быт, не спрашивая его о том мнения".

Во время гражданской войны и военной интервенции с помощью продотрядов у крестьян изымали все, что можно. В 30-е годы крестьян вынуждали идти в колхозы.  С началом индустриализации крестьяне снова стали основным и уже не только продуктовым, но и трудовым донором государства. Без такого сверхналога страна не смогла бы в исторически короткое время обеспечить свою обороноспособность, победить в отечественной войне, восстановить разрушенное народное хозяйство, обеспечить миру ядерное сдерживание.

Тяжело приходилось в те годы крестьянам, но многие понимали, что страна прибегала к чрезвычайным мерам из-за крайней нужды, необходимости решения важнейших задач, связанных с существованием государства.

В конце 60-х государство поняло, что пришло время отдавать долги. В село пошли инвестиции. Быстрыми темпами росло производство, повышался жизненный уровень крестьян. Оплата труда работников сельского хозяйства по отношению к общероссийскому уровню составляла 95%.

Крестьянство только-только перевело дух, как в начале 90-х снова наступили черные дни. Под видом социальной справедливости был поднят лозунг "Земля должна принадлежать тем, кто ее обрабатывает", для чего, не спросив крестьян, земли хозяйств разделили на доли. Спустя 10 лет приняли закон, по которому 35% общей площади сельхозугодий в границах административного района может принадлежать одному человеку. Обещание социальной справедливости оказалась для крестьян очередным обманом. Новые правители обложили крестьян своим, особым сверхналогом, на этот раз без крайней нужды. Более того, всячески унижали многострадальный народ, называя его шариковыми, быдлом, а сельское хозяйство - «черной дырой», прорвой, агрогулагом.

Гадости либеральных демократов начались с аферы,  когда правительство по существу реквизировало зерно у крестьян, обещая заплатить по 70 долл. США за тонну (в два раза ниже мировой цены), фактически же заплатило 70 руб. и то со значительной задержкой, не возместив крестьянам в условиях галопирующей инфляции и десятой доли затрат на производство зерна. Сельское хозяйство с первых дней реформ было загнано в долговую яму. Заработал счетчик пеней и штрафов. Как снежный ком, стали расти долги.

Не желая снова быть обманутыми, крестьяне стали придерживать продукцию. Им пригрозили: не будете сдавать по нашим правилам, т.е. практически даром, будем завозить из-за границы. И завозят! Россия занимает первое место в мире по импорту мяса птицы, второе - свинины, третье - говядины. Своего же крестьянина оставили без поддержки. В 2003 г. инвестиции в основной капитал АПК составили 119 млрд руб., в т.ч. в сельское хозяйство 45,4 млрд, из них средства федерального бюджета - менее 2 процентов.

Если бы 11 млрд долл., которые тратятся на покупку зарубежных продуктов, поступали в наше сельское хозяйство, можно было бы и свою страну обеспечить продовольствием, и Европу завалить зерном. И не только зерном. Но российский рынок превратили в «озеро с пологими берегами»: приходи, кто хочет, и делай, что заблагорассудится.

Из-за тяжелого финансового положения, в котором оказались сельскохозяйственные предприятия, многие из них не смогли регулярно выплачивать зарплату своим работникам. Однако они были обязаны  ежемесячно отчислять в бюджет 44% от официально начисленного фонда  оплаты труда. При этом каждый просроченный день стоил еще 0,7% по бюджетным и 1% по внебюджетным платежам.

В 90-е годы был принят ряд важных федеральных законов и постановлений: "О закупках и поставках сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия для государственных нужд" (1994 г.), "О государственном регулировании агропромышленного производства" (1997 г.), "О формировании оперативного резерва сельскохозяйственной продукции и продовольствия" (1998 г.). Реализация этих правовых актов позволила бы обеспечить стабилизацию функционирования агропромышленного комплекса вообще и продовольственного рынка в частности. Однако правительство по существу саботировало исполнение этих нормативных документов, что усугубляло кризисную ситуацию.

Например, неисполнение правительственных постановлений от 1991 и 1995 г. "О передаче на гособеспечение объектов социальной сферы села, находящихся на балансе сельхозпредприятий" привело к тому, что до сих пор на иждивении сельскохозяйственных предприятий находятся 50 млн. кв. м жилого фонда, детские сады, школы, клубы и дома культуры, медицинские учреждения. На содержание всего этого, формально государственного добра предприятия ежегодно тратят более 10 млрд. руб.

Либерализация цен на сельскохозяйственную и промышленную продукцию привела к пятикратному их диспаритету. Чтобы сегодня купить трактор или комбайн, нужно продать в 5 раз больше, чем в 80-е годы, зерна, мяса, молока. Сельскохозяйственные предприятия и организации не только платят мало крестьянам за труд (38 % от среднего по стране уровня), но и имеют задолженность по зарплате в сумме более 14,6 млрд. руб. Из 30 млн россиян, живущих за чертой бедности, 24,5 млн. - селяне. При низкой зарплате пропадает интерес к труду. А ведь известно мнение многих экономистов, что низкая зарплата может разорить и богатое государство. В условиях диспаритета цен в годы последней реформы фонд оплаты труда в сельском хозяйстве формировался за счет средств, предназначенных для возмещения изношенных основных фондов.

Неразумная государственная политика правительства привела к глубокому аграрному кризису. Из сельскохозяйственного оборота выведено более 30 млн га земель, вдвое сократилось поголовье скота. Деградировала материально-техническая база: с 1990 г. парк тракторов уменьшился в 1,8 раза, зерноуборочных комбайнов - в 2,2 раза, плугов и сеялок - в 2,4 раза, причем 60-70% оставшейся техники выработало свой нормативный амортизационный срок. Списание техники превышает ее поступление более чем в 4 раза. Расчеты показывают, что к 2006 г. в пределах сроков амортизации будет находиться лишь 28% тракторов, 38% зерноуборочных комбайнов и 30% кормоуборочной техники. Словом, скоро будет нечем ни пахать, ни сеять.

Диспаритет цен, порочная кредитная политика, незащищенность внутреннего рынка от продуктовой интервенции, бремя затрат на содержание социальной сферы резко снизили платежеспособность товаропроизводителей. Суммарная кредиторская задолженность сельского хозяйства по всем обязательствам на 1 октября 2003 г. составила около 380 млрд руб. Значительно снизилась доля отрасли в валовой добавленной стоимости.

В связи с развалом материально-технической базы, резким сокращением посевных площадей и поголовья скота, только по официальным данным, безработица на селе достигла 12%. Деградирует и трудовой потенциал.

Сегодня первоочередная задача нового правительства страны - списать все долги с крестьян. Перед выборами в Госдуму некоторые единороссы говорили о том, что в кризисном положении сельского хозяйства виноваты не крестьяне, а неразумная правительственная политика 90-х годов, предлагая списать с них все долги. К сожалению, после выборов прошло почти полгода, но крестьян, кажется, и на этот раз обманули. Вот уж, действительно, политик в отличие от настоящих государственных деятелей, которые заботятся о грядущем благе для народа, думает только об очередных выборах.

Большой вред сельскому хозяйству нанесли либеральные демократы своей аграрной политикой, ориентированной на развал крупных предприятий и замену их мелкотоварными. Благодаря этому российское сельское хозяйство становится все менее конкурентоспособным, все большая часть продукции производится с использованием ручного труда, примитивных технологий.

К сожалению, есть еще ученые Российской академии сельскохозяйственных наук, которые считают разрушительный курс аграрных реформ "очевидным и безальтернативным". Приходится только сожалеть, что и среди наших коллег имеются "политические дальтоники", принимающие черное за белое.

Гайдары, чубайсы, немцовы и их теоретики отстранили государство от регулирования экономических процессов, передав эти функции свободному рынку. Хотя на Западе давно уже поняли, что рынок не в состоянии заменить собой активную государственную политику. Многие ученые и политические деятели Запада считают, что экономический рост - слишком важная цель, чтобы отдать его на усмотрение децентрализованной массы хозяйствующих субъектов, действующих через систему рынков и свободного предпринимательства. Несостоятельность идей свободной конкуренции и невмешательства государства в экономическую жизнь давно и там  стала очевидной. Сегодня свободный рынок существует только в учебниках для начинающих как необходимое упрощение.

Крупный американский ученый - экономист Д. Гэлбрейт в статье "Почему правые не правы", опубликованной в английской газете "Гардиан" 26 мая 1991 г., писал: "Ничто не может привести к более катастрофическим последствиям для Запада, чем возвращение к экономическому порядку, предписанному раннекапиталистической доктриной. Те, кто говорит о возвращении к свободному рынку времен Смита, не правы настолько, что их точка зрения может быть сочтена психическим отклонением клинического характера".

К сожалению, наши либеральные демократы, изучавшие западную экономику по упрощенным учебникам, хотели доказать обратное. Но, увы, Великая Россия теперь ставит задачу догнать ... Португалию!

Западные ученые-экономисты считают, что в периоды кризисов роль государства в регулировании экономики резко возрастает. Чтобы предотвратить кризисы, правительства цивилизованных стран встраивают в свою экономику плановые начала, вмешиваются в процессы экономического роста, совершенствуют правила "экономической игры", увеличивают регулирующую роль государства, оказывают сельскому хозяйству как менее конкурентоспособной отрасли огромную помощь. И, наоборот, когда экономика развивается стабильно, регулирующая роль государства ослабевает. Отметим, что идея государственного регулирования возникла как ответ на мировой экономический кризис 1929-1933 гг., поставивший под сомнение многие рыночные ценности.

В начале 90-х годов западные советчики, наши правительственные чиновники и, к сожалению, некоторые ученые-аграрники утверждали, что в связи с открытостью рынка вопрос о продовольственной безопасности России не имеет смысла, что он носит якобы спекулятивный характер, нацелен только на поддержку аграрного сектора. Например, И. Стариков говорил: "Нам представляется более точным вместо понятия "продовольственная безопасность" применять термин "надежное продовольственное обеспечение".

Народ понял разрушительность либеральных реформ и на прошлых выборах в Государственную Думу поставил перед правыми силами шлагбаум. К сожалению, они продолжают занимать ключевые посты в правительстве и совершать, как говорил Л. Толстой, разные гадости крестьянам. Так, А. Кудрин в "Российской газете" от 12.02.04г. писал: "У нас правительство все же не совсем правое. Сегодня и в кабинете министров есть лоббисты слабых, не совсем рентабельных отраслей. При этом ими предлагается, как правило, самый неэффективный путь - "всем сестрам по серьгам"... Правильная же логика, строго говоря, заключается в том, что в экономике каждый рубль должен давать наибольшую отдачу. Если он наибольшую отдачу дает в авиакосмосе, то пусть там и работает. Если лучше в фармацевтике, то пусть тогда работает в фармацевтике... Я считаю, что прямая поддержка возможна и необходима только в одном случае - в интересах безопасности страны. Не продовольственной или экологической безопасности, а настоящей, национальной, чтобы страна сохранила свой суверенитет". Итак, по-кудрински, продовольственная безопасность для нашей страны не есть безопасность настоящая, национальная, хотя общеизвестно, что страна сохраняет свою продовольственную независимость, если доля импорта к внутреннему потреблению колеблется в пределах 20-30%. Россия давно перешагнула этот рубеж: в 2002 г. импорт всего мяса составлял от отечественного производства почти 53%, а мяса птицы - 144%.

Заметим, что в США, с их передовым в мире сельским хозяйством, в 1985 г. принят закон о продовольственной безопасности. Наверное, они не надеются на то, что их выручит гуманитарная помощь, которая недавно требовалась России.

Нынешние идеи Кудрина не новы, они всего лишь продолжение политики реформаторов первой волны, которые считали, что в России не следует развивать собственное сельское хозяйство, поскольку мы находимся в северных широтах и всегда будем затрачивать больше энергии на единицу продукции, чем западные страны. И  это в России-то, имеющей почти половину мировых площадей богатейших черноземов, не развивать собственное сельское хозяйство? Просто какое-то умопомрачение!

Для сведения Грефов, Кудриных и им подобных  приведу лишь один пример. В 1990 г. я был в научной командировке в США, где задал вопрос тамошнему заместителю министра сельского хозяйства - почему они занимаются производством сахара, который обходится вдвое дороже, чем покупка на мировом рынке? Ответ был такой: "Это как считать. Прекращение производства сахара приведет к тому, что без работы останутся не только фермеры, переработчики, но сократятся рабочие места и в фондопроизводящих отраслях (один работающий в сельском хозяйстве обеспечивает 6-8 рабочих мест в других отраслях экономики). Безработным нужно будет платить пособия, сократятся поступления налогов в бюджет, а главное - куда пойдут эти десятки тысяч безработных?"

Так же думают и руководители скандинавских стран. В Норвегии, например, субсидии фермерам составляют 3,5 тыс. долл. США на гектар, в Финляндии - 1,6 тыс., Швеции - 800 долл. Без таких спасительных "зонтиков" производство сельскохозяйственной продукции стало бы для них просто невозможно. Наше сельское хозяйство получает субсидий в расчете на гектар лишь 15 долл. Как видим, арифметика у западных руководителей иная, чем у наших реформаторов. И хотелось бы поэтому спросить правых в нашем правительстве, свертывающих аграрное производство страны, что они собираются делать с 39 млн человек сельского населения?

Чрезвычайно важным вопросом аграрной политики является государственное регулирование производства и рынка сельскохозяйственной продукции, уровней цен. Многие рыночно развитые страны регулируют цены, например, на зерно через интервенционные закупки. Для этого устанавливается "коридор" цен. Когда цена преодолевает его нижнюю границу, государство в лице Минсельхоза или его представителя закупает на рынке столько зерна, сколько требуется, чтобы вернуть цену в этот коридор, и наоборот, выбрасывает нужное количество зерна на рынок, если цена превышает его верхнюю границу. При таком регулировании цена всегда находится в заданных рамках.

В последние годы и в России решили пойти по этому пути. Было принято постановление правительства "О проведении в 2002-2003 гг. государственных закупочных интервенций для регулирования рынка", которым устанавливались правила их проведения: уровни цен на мягкую пшеницу 3-го класса - 2300 руб./т,  4-го класса - 1800 руб./т, на продовольственную рожь - 1400 руб./т. В Сбербанке России под гарантии Минфина РФ был взят кредит. Но реально в государственные закрома по интервенционным закупкам поступило лишь 1,6 млн. т зерна.

Однако мизерные объемы закупок и задержки с началом интервенционных продаж не смогли предотвратить резких колебаний цен на рынке зерна и зернопродуктов. Цены на зерно выросли за год более чем в три раза и достигли 5,5 тыс. руб./т, что привело к негативным последствиям: в целом по стране цены на хлеб повысились на 50%, а в ряде регионов - почти вдвое. Были приняты меры по сдерживанию роста цен на хлеб. Но это лишь верхняя часть айсберга. Главная проблема, к сожалению, не замечаемая власть имущими - это нестабильность развития сельского хозяйства. Например, в 2002 г. крестьяне получили самый высокий за последние 10 лет урожай зерновых (86,6 млн т). Но обвал цен на зерно принес большинству товаропроизводителей не благо, а большое горе - зерно оказалось убыточным. Моментальная реакция крестьян - сокращение площадей зерновых на 5,5 млн га. В 2003 году валовой сбор зерновых сократился, а цены выросли до 5,5 тыс. руб./т. Начался сброс поголовья, особенно свиней и птицы.

Коллизии в аграрной политике государства отрицательно сказываются на привлечении в отрасль частных инвестиций, хотя в ряде регионов они стали магистральным направлением развития агропромышленного комплекса. Идя в сельское хозяйство, инвесторы говорили, что они не спонсоры, не благодетели, а бизнесмены и надеются организовать здесь хороший бизнес. Однако отсутствие цивилизованного государственного регулирования, резкие колебания цен на сельскохозяйственную продукцию, отсутствие устойчивого курса прогрессивной аграрной политики отбивают охоту у промышленных предприятий и частных компаний вкладывать средства в эту обиженную богом, а в первую очередь - правительством, отрасль.

Сегодня в стране проводится административная реформа. Президент страны В.В. Путин сказал, что цель реформы заключается в повышении эффективности управления. Одно из условий эффективности - правильное распределение функций между министерствами, устранение дублирования и повышение ответственности их аппаратов. Но скажется ли новое распределение прав и обязанностей на повышении эффективности управления? Вряд ли, так как размывание ответственности сохраняется. Сегодня Министерство сельского хозяйства России  отвечает за производство, за регулирование рынков сельскохозяйственного сырья, продукции и продовольствия. Но вопросы таможенной политики (установление импортных квот и пошлин), инвестиций в сельское хозяйство, объемов интервенционных закупок зерна, как и прежде, остаются в Минэкономразвития России. Это ведомство располагает куда большими ресурсами, чем Минсельхоз, а потому и дела у него идут "лучше": за последние 4 года его усилиями объем импорта продовольствия вырос на 34%, а мяса птицы и сливочного масла - в 6, сыра - в 5 раз.

Неэффективность размывания функций ведомства, призванного выполнять задачу надежного обеспечения населения страны собственным продовольствием, очевидна. При таком положении нынешние проблемы останутся нерешенными и в будущем.

По нашему мнению, на Министерство сельского хозяйства России следовало бы возложить следующие функции: производство и рынок продовольствия, регулирование цен на сельскохозяйственные продукты, формирование таможенной политики в области сельского хозяйства, проведение интервенционных закупок (включая определение объемов, сроков, цен), разработку долгосрочной аграрной политики.

А пока сельское хозяйство России переживает один из самых трудных периодов своей истории. Кризис достиг такого размера, когда возрождение отрасли без существенной помощи государства становится все менее возможным.

Примерно в таком же положении находилось фермерство США в годы "Великой депрессии". Тогда почти половина фермеров оказалась должниками, фермы отдавались кредиторам. Начались фермерские волнения. В этой ситуации новый президент США Ф.Д. Рузвельт, несмотря на мощное сопротивление сторонников свободного рынка, вводит мораторий на всю фермерскую задолженность. Конгресс утверждает аграрную программу, принимает закон о рефинансировании фермерской задолженности. Устраняется неэквивалентность обмена. Все это постепенно преобразило сельское хозяйство, ставшее одним из самых высокоэффективных в мире. Правительство США и сейчас вмешивается во все сферы аграрной политики и экономики, а государственная поддержка фермерскому хозяйству составляет 70-80 млрд долл. в год. То же делают и страны ЕС, где доля государственных вложений в совокупный валовой продукт сельского хозяйства достигает 45%.

Пришло время и нашему президенту остановить глумление над крестьянами, предпринять решительные шаги, как когда-то это сделал американский президент, в частности, списать все долги, устранить неэквивалентность обмена между селом и городом, увеличить целевую государственную поддержку сельскому хозяйству.

Это было бы эпохальное решение, позволяющее вернуть сельскому хозяйству надежду на цивилизованное развитие, крестьянам - социальную и экономическую полноправность граждан нашего общества, создать новые экономические рабочие места, избавляющие их от необходимости копаться с мотыгой на индивидуальных грядах. Развитие сельского хозяйства создало бы дополнительно миллионы рабочих мест в других отраслях народного хозяйства. Страна в этом случае смогла бы уверенно двигаться по пути обретения продовольственной независимости, обеспечивать свое население продуктами собственного производства, пополнять казну налогами и сборами.

______________________________________________________________________________________

Бытовая техника AEG холодильники Разработка сайта